Липкова Ефросинья Несторовна
21 июня 1941 Ефросинья Несторовна Липкова вышла замуж. Какая же свадьба без праздничного ужина. Где-то - около трех ночи гости разошлись, а в четвертом началась война ...
Мужчина сразу пошел на фронт. Она продолжала работать на фанерном заводе.
Однажды, зимой, от незнакомой женщины получила записочку. Из нее узнала, что муж в плену в Житомире. Приехала туда. Там обменяла его у немцев на яички, которые купила на базаре. Привезла домой. Чуть позже, в марте, мужчина исчез. Как потом выяснилось, ушел в партизанский отряд Калашникова. Примерно через год (это был уже 1943-й) человек заскочил домой часа на полтора - поесть, переодеться.
А на следующий день Ефросинью забрали в гестапо. Там уже знали, кого она принимала вечером в себя - выдала дворник. Тогда, в гестапо, ему давили пальцы между дверями, требовали, чтобы сказала, в котором отряде ее муж. Может и не выдержала, сказала, если бы знала ...
Вообще, беременных в Германию не отправляли, но еще тогда ни она, ни немцы о ее беременности и не подозревали. Ехали дней пять, голодали, несколько раз попадали под бомбежку.
Бауэры, что ее приобрели, имели немалое хозяйство. Сами были уже старые, требовали помощников. Сын их воевал на восточном фронте. Ефросинии хватало дел: стирала, полола, собирала, доила 18 коров, кормила свиней. Она жила в доме, в маленькой отдельной комнате. В конце декабря 43-го родила дочку, назвала Галей.
Немцы терпеливо относились к такого пополнения, пока в апреле 44-го не получила известие о смерти своего сына. Тогда возненавидел хозяин "вражескую" ребенка.
Как-то после работы не нашла Евросиния в своей комнате дочь. Обыскала весь дом и двор, потом решилась спросить бауэров. Хозяйка, стоя у печи, ответила: "В лагере твой ребенок". В порыве ненависти Ефросинья схватила старуху за косми, долго била головой о печь.
За это ее привязали веревкой к велосипеду, таскали по улицам. Потом посадили в поезд и отправили в Бремен в штрафтабору. Там штрафников кормили сваренной в грязной воде брюквой, вечером давали три картофелины. Когда через шесть месяцев хозяин привез работницу назад, бауерша спросила: - "Зачем нам покойник?" То, чего была похожа Ефросинья, иначе и нельзя было назвать. Сначала у нее не было даже сил, чтобы начистить картошки.
Но ей удалось выжить. Ночью выходила на улицу, собирала сливки из выставленных бидонов с молоком, иногда находила снесено яичко. Понемногу отходила. Бауэр дал адрес детского лагеря, где была ее дочь. Раз в две недели позволял на собственном велосипеде (до лагеря было около 40 км) ездить навещать малышку.
Кончилась война. Но бауэры ее, как и многих таких работников, еще не отпускали. Вокруг ходили слухи, что осатаневшие от ярости эсэсовцы вырезают в селах пленных. Когда эсэсовцы пришли к дому, где она работала, Ефросинья спряталась под кроватью хозяйки.
Родина не обнаружила любви к бывших пленных. В Украине Ефросинью назвали "врагом народа" и предательницей, выслали за сто первый километр от Киева. Она вернулась в город, пряталась у сестры, бежала с ребенком от милиции. Прописки не было, сил не хватало. Однажды она решилась - с ребенком на руках бросилась под колеса машины, в которой проезжал Никита Хрущев. Машина затормозила вовремя. Когда стекло опустилось, она бросила в машину письма. В нем она просила Хрущева помочь получить прописку. Конечно, кого-то после подобной выходки могли и наказать - за покушение. Ей, наверное, повезло. Через несколько дней Ефросинья получила прописку в столице.
Первого мужа после войны она почти не видела - запил. Вторично вышла замуж. Родила сына. Работала кондуктором, потом водителем трамвая, а еще 21 год кочегаром в школе № 17 на Подоле. Жила с мужем и двумя детьми в подвале рядом с котельной. В "квартире" были крысы, постоянно висел смог, иногда подвал затапливало. Ефросинья собирала документы о том, что ей необходима нормальная квартира. Документов была уже целая пачка, а квартиру все не давали. И здесь опять совпадение, а, может, еще что-то, более сильное и неизвестно, свело его с Хрущевым. Он в то время приехал в Киев из Москвы и должен был выступить перед людьми. Она пробралась к ступенькам на трибуну и когда ими поднимался Хрущев, бросила через головы милиционеров пакет с документами и просьбой предоставить ей квартиру - и бежать. Через пять дней к ней приехали люди из КГБ, все хорошо разглядели. А чуть позже райисполком выделил ей квартиру. Именно в этой квартире, в одной из куреневских "хрущевок", и рассказала мне Ефросинья Несторовна свою историю. Рядом с нами сидела ее дочь (теперь она уже сама бабушка) Галя.
- Как вы не побоялись бросать пакет с документами под ноги Хрущеву, ведь вас могли арестовать, посадить? - Спросила я.
- Тогда мне было уже все равно. Меня бы арестовали, детей - отправили бы в интернат. Им бы там было все равно лучше, чем в том подвале.
- Как вы считаете, это счастье, что вам удалось выжить в таких сложных ситуациях?
- Не знаю, ответила Ефросинья Несторовна, - иногда мне кажется, что лучше было бы умереть. Слишком тяжелым было и остается моей жизни.
Сегодня ей снова приходится выживать. Она получает сорок восемь гривен семьдесят копеек пенсии при общем стаже работы 43 года, живет с дочерью. Именно это и помогает ей не умереть с голоду в наши мирные времена. Но она не падает духом - у нее есть дети, внуки, правнуки. Кстати, она - его дочь - все же получила денежную помощь от государства. Не нашей - Германии. Как малолетний узник фашизма ...
